|
Лэнгдон не сводил глаз с экрана компьютера с того самого момента, как там начали появляться результаты поиска.
Пять минут. Всего две ссылки. Обе не имели отношения к делу.
Он уже начал беспокоиться.
Памела Геттем находилась в соседней комнате. Лэнгдон с Софи допустили оплошность, спросили, принято ли в библиотеке пить, помимо чая, еще и кофе. И вот теперь, судя по запаху, доносившемуся до них, можно было догадаться, что их собираются напоить растворимым «Нескафе».
И тут компьютер громко просигналил.
– Похоже, выдал еще что-то! – крикнула Памела из соседней комнаты. – Что там за название?
Лэнгдон впился глазами в экран.
Аллегория Грааля в средневековой
литературе: Трактат о сэре Гэуэйне и Зеленом рыцаре
– Какая-то аллегория Зеленого рыцаря! – крикнул он библиотекарше. – He то, – ответила Геттем. – В Лондоне похоронено не так много мифологических зеленых гигантов. Можно даже считать, что ни одного.
Лэнгдон с Софи терпеливо сидели перед монитором в ожидании продолжения. Но когда экран ожил снова, информация оказалась для них неожиданной.
Die Opern von Richard Wagner
– Оперы Вагнера? – спросила Софи.
Геттем заглянула в комнату с пакетиком от кофе в руке.
– А вот это действительно странное сочетание. Разве Вагнер был рыцарем?
– Нет, – ответил Лэнгдон, чувствуя, что заинтригован. – Зато он был известным масоном. – Наряду с Моцартом, Бетховеном, Шекспиром, Гершвином, Гудини и Диснеем. О связях масонов с орденом тамплиеров, Приоратом Сиона и Граалем было написано множество книг. – Мне бы хотелось получить более подробную распечатку. Как вывести на экран весь текст?
– Да не нужен вам весь текст, – откликнулась библиотекарша. – Просто выделите название и нажмите на него мышкой. И компьютер выдаст вам отдельные строки из общего контекста, где встречаются выделенные ключевые слова.
Лэнгдон ничего не понял из ее объяснений, но выделил название и послушно щелкнул мышкой.
На мониторе высветилось несколько строк.
… мифологический рыцарь по имени Парсифаль, который…
… метафорический Грааль, поиск которого спорен…
… Лондонская филармония в 1855…
… оперная антология Ребекки Поп, включает «Диву»…
… могила Вагнера находится в Германии…
– Опять совсем не та Поп, – шутливо и разочарованно заметил Лэнгдон. Тем не менее его потрясла простота использования системы. Ключевых слов в контексте оказалось достаточно, чтобы напомнить ему об опере Вагнера «Парсифаль», в которой отдавалась дань Марии Магдалине как продолжательнице рода Иисуса Христа. В ней рассказывалась история молодого рыцаря, отправившегося на поиски истины.
– Наберитесь терпения, – посоветовала Геттем. – Дайте машине время. Пусть себе работает.
На протяжении нескольких следующих минут компьютер выдал еще несколько ссылок на Грааль, в том числе и текст о трубадурах, знаменитых странствующих менестрелях Франции. Лэнгдон знал, что общий корень в таких словах, как «minstrel» и «minister», не является случайным совпадением. Трубадуры были странствующими слугами, или «ministers», Церкви Марии Магдалины и использовали музыку, чтобы поведать в песенных балладах историю этой женщины. По сей день восславляют они добродетели «Госпожи нашей», загадочной и прекрасной дамы, истовому служению которой отдали себя целиком.
Тут компьютер выдал новую информацию:
Рыцари, плуты (валеты), папы и
пятиконечные звезды: История святого Грааля в картах таро
– Неудивительно, – сказал Лэнгдон, обернувшись к Софи. – Некоторые из наших ключевых слов созвучны с названиями отдельных карт. – Он снова щелкнул мышкой. – Не уверен, что ваш дедушка, Софи, играя с вами в карты, когда-либо упоминал об этом. Но игра – это как бы «карточный» пересказ истории о пропавшей Невесте и ее порабощении «злой» Церковью.
Софи окинула его удивленным взглядом:
– Я и понятия не имела.
– В том и состоял смысл. С помощью этой метафорической игры последователи Грааля тайно обменивались посланиями, скрываясь от всевидящего ока Церкви. – Лэнгдон часто задавался вопросом, многим ли современным игрокам в карты известна истинная подоплека четырех мастей. Пики, червы, трефы и бубны – все это были символы, тесно связанные с Граалем и позаимствованные у четырех мастей карт таро: мечей, кубков, скипетров и пятиконечных звезд.
Пики были мечами – клинок. Символ мужчины. Червы произошли от кубков – сосуд. Символ женщины. Трефы были скипетрами – царская кровь. Символ продолжения рода. Бубны были пятиконечными звездами – богиня. Символ священного женского начала.
Лэнгдон уже начал опасаться, что компьютер больше ничего не выдаст, но четыре минуты спустя на экране высветились следующие строки:
Тяготы гения: Биография современного рыцаря
– «Тяготы гения»! – крикнул Лэнгдон библиотекарше. – «Биография современного рыцаря»! Как прикажете это понимать?
Геттем снова высунулась из-за двери:
– Насколько современного? И только не говорите мне, что это ваш сэр Руди Джулиани[68]. Лично я считаю, он до рыцаря не дотягивает.
У Лэнгдона возникла другая догадка. Он почему-то решил, что это биография недавно посвященного в рыцари сэра Мика Джаггера. Но момент был не слишком подходящим для обсуждения современной британской политики посвящения в рыцари.
– Так, давайте посмотрим, что тут у нас имеется. – И он прочел обрывки текста с ключевыми словами:
… почетный рыцарь, сэр Исаак Ньютон…
… в Лондоне в 1727-м, и…
… его могила в Вестминстерском аббатстве…
… Александр Поп, друзья и коллеги…
– Я так понимаю, понятие «современный» весьма относительно, – сказала Софи Памеле. – Это отрывок из какой-то старой книги. О сэре Исааке Ньютоне.
Геттем, по-прежнему стоя в дверях, покачала головой:
– И что толку? Ведь Ньютон был похоронен в Вестминстерском аббатстве, этом центре английского протестантизма. И католик папа вряд ли мог присутствовать на похоронах. Вам с молоком и сахаром?
Софи кивнула.
– А вам, Роберт? – спросила Геттем.
Сердце у Лэнгдона билось все быстрее. Он отвел взгляд от экрана и поднялся.
– Сэр Исаак Ньютон и есть наш рыцарь.
Софи удивилась:
– О чем это вы?
– Ньютон похоронен в Лондоне, – принялся объяснять Лэнгдон. – Он создатель радикально новой науки, и за это его прокляла Церковь. И еще он был Великим мастером тайной организации, Приората Сиона. Чего же еще?..
– Чего еще? – воскликнула Софи и указала на листок со стихотворением. – А как насчет рыцаря, похороненного папой? Вы ведь слышали, что сказала мисс Геттем. Никакой папа Ньютона не хоронил.
Лэнгдон потянулся к мышке.
– Кто тут говорил о папе, главе Католической церкви? – Он выделил слово «папа», щелкнул мышкой. И на экране появился уже весь отрывок полностью.
На похоронах сэра Исаака Ньютона,
память которого почтили монархи и представители высшего сословия, распорядителем был Александр Поп,
друзья и коллеги произносили
трогательные панегирики, прежде чем
бросить на гроб по горсти земли.
Лэнгдон обернулся к Софи:
– Итак, нужного нам папу мы получили со второй попытки. – Он выдержал паузу. – И это есть не кто иной, как мистер Поп. Александр.
Лондон, там рыцарь лежит, похороненный Попом…
Софи медленно поднялась со стула.
Жак Соньер, мастер двойных загадок и словесных игр, снова доказал, что человеком он был на удивление умным и изобретательным.
|
